История герба города Бийска

СЕРГЕЙ НЕВЕРОВ
СЕРГЕЙ ЧЕКОВ

ИСТОРИЯ ГЕРБА ГОРОДА БИЙСКА

Неверов Сергей Васильевич – к.и.н., доцент кафедры архивоведения АлтГУ,  научный руководитель НПО «Геральдика».
Чеков Сергей Иванович – руководитель Алтайского отделения Сибирской геральдической  коллегии.

Cовсем недавно администрация Бийска объявила конкурс на  разработку проектов флага и гимна города. Это мероприятие проводится в рамках подготовки празднования 300-летия Бийска. Речь, как следует из условий конкурса, идет только о флаге и гимне города. Что же касается такого важного официально-статусного, представительского и правового символа, каковым является герб, то подразумевается, видимо, что второй по величине и значимости город Алтайского края будет встречать свой замечательный юбилей со старым, историческим гербом. Насколько это оправдано и правомерно? Давайте разберемся.
Чтобы лучше понять правовое положение официальной символики Бийска и проблемы, связанные с этим, мы должны обратиться к их истории, так как объективное понимание их современного состояния в первую очередь базируется на правильной оценке причин их возникновения и развития.
Официальной датой основания      г. Бийска считается 18 июня 1709 года, когда по именному Указу Петра I от 29 февраля 1708 года был заложен Бикатунский острог. Его фортификационные укрепления, состоящие из прямоугольных в плане частокольных стен, земляных вала и рва, находились на высоком правом берегу р. Бии напротив впадения в нее Иконниковской протоки. Вплоть до начала XIX века она считалась основным руслом р. Катуни. Таким образом, первоначально острог был построен на стрелке слияния Бии и Катуни.
Но уже летом 1710 года он был сожжен  телеутами. В результате сложившейся военно-политической обстановки Россия вынуждена была на некоторое время отложить вопрос строительства нового опорного пункта на юге Верхнего Приобья. Лишь весной 1717 года Сибирский губернатор князь Матвей Петрович Гагарин приказал коменданту Кузнецкой крепости срочно приступить к строительству нового острога при слиянии Бии и Катуни. Бикатунская крепость, строительство которой закончилось к лету 1718 года, находилась там, где сейчас располагается старая, историческая часть современного Бийска.
Эти события, связанные с историей I и II Бикатунских острогов, являются тем «камнем преткновения», который лежит между взглядами историков       по вопросу истинной даты основания         г. Бийска.
Как бы там ни было, к Бийску можно отнести ставшие классическими и образными слова Великого Поэта – «…Петра творенье». Более того, если все-таки считать II Бикатунский острог «правопреемником» первого и не принимать во внимание семилетний перерыв между ними, то бийчанам, в отличие от барнаульцев, повезло: они точно знают не только год, но и день основания своего родного города. Это же можно сказать и о дате присвоения Бийску городского статуса.
Считаем, что в данной статье нет большой необходимости подробно останавливаться на событиях, связанных с историей основания и становления Бийска как города. Уверены, что в преддверии праздника не только в СМИ, но и в специальной исторической литературе этому вопросу будет уделено достаточно внимания. Остановимся на главном.
По именному указу императрицы Екатерины II от 1 мая 1779 года в составе Тобольской губернии была образована Колыванская область, в которую были выделены территории, ранее подведомственные Канцелярии Колывано-Воскресенского горного начальства. Правителем области и начальником заводов стал генерал-майор артиллерии Б.И. Меллер. Ему было поручено «…помянутую область, сообразно количеству жителей разделить на четыре уезда». Выбор населенных пунктов, которые должны были превратиться в уездные города Колыванской области,  также был поручен ему.
Официальное разделение Колыванской области на уезды, установление их границ, а также «назначение» уездных городов прошло несколько этапов.
Первоначально в ней были выделены старые – Кузнецкий, Томский, Красноярский – и недавно образованные – Бурлинский и Барнаульский – уезды. По законодательству, существующему во второй половине XVIII  века в России, а также согласно «Учреждению о губерниях» 1775 года уездные центры, как правило, приобретали статус штатных городов. «Штатный» город – это населенный пункт, являющийся административным центром того или иного уезда. Исходя из этого, первым городом Колывано-Воскресенского горного округа де-факто необходимо признать поселок Барнаульского завода, который в 1780 году стал административным центром Барнаульского уезда. Более того, именно летом 1780 года в Барнауле впервые на современной территории Алтайского края был открыт Барнаульский городской магистрат, документы которого скреплялись собственной городской печатью. В Центре хранения Архивного фонда Алтайского края (бывший Государственный архив Алтайского края) хранится оттиск  печати, в центре которой имеется круглый картуш. В нем изображена плавильная печь и куча руды справа от нее. Картуш увенчан императорской короной. Его верхняя полурамка имеет перьевое обрамление, а нижняя окружена лавровыми ветвями. Круговая надпись печати имеет следующий текст: «Города Барнаула городового магистрата печать».   И городской магистрат, и его печать могли иметь место только в том случае, если Барнаул в это время имел статус города.
Согласно п. 16 «О учреждении Колыванской области» Екатерина II повелевала: «В городах тамошних, к коим приписаны будут уезды, быть магистратам, старостатам сиротским и Словесным судам и всему порядку на точном основании, учреждениями нашими узаконенном…» В соответствии с этим в Барнауле также были открыты приказ общественного призрения, верхняя расправа и т.д. Других вариантов просто не предусматривалось. Более того, известно прошение барнаульских купцов и мещан на имя императора Павла I с датой 1797 года, текст которого свидетельствует о том, что в поселке Барнаульского завода был «…открыт и город Барнаул, коего нынешнее общество будучи обитателями  имели городовой магистрат 1783-го года по август месяц.    А с того времени вместо города Барнаула открыт в крепости Бийской город Бийск». Связано это было с окончательным оформлением территориально-административного деления, которое определилось к 1782 году, когда 20 октября последовал именной Указ императрицы «Об учреждении городов Колыванской области». Уездными городами в нем впервые были провозглашены Семипалатинская и Бийская крепости. Города Кузнецк и Красноярск, которые к этому времени уже имели статус городов, оставались центрами одноименных уездов. Бердский острог (современный город Бердск Новосибирской области) становился областным центром и переименовывался в город Колывань. Но уже на следующий год Колыванская область была преобразована в Колыванскую губернию.
Таким образом, в 1782 году вместо Барнаула де-юре город был открыт в Бийской крепости, а сообразно с новым устройством Сибири, соответственно, был учрежден Бийский уезд вместо Барнаульского. Барнаул как бы передал городскую эстафету Бийску. И этому, как нам кажется, есть несколько объяснений.
Известно, что в основе губернской реформы Екатерины II  в Сибири, была идея разделения ее территории на «внутренние» и «пограничные» губернии. В своем наказе Иркутскому и Колыванскому генерал-губернатору И.В. Якоби, а также Пермскому и Тобольскому генерал-губернатору Е.П. Кашкину она предписала размежевать границы Колыванского и Тобольского наместничеств так, чтобы Колыванская губерния оставалась пограничной. С этой точки зрения чиновникам далекого Санкт-Петербурга для центра пограничного уезда больше подходила Бийская крепость (подчеркнуто авт.), нежели поселок Барнаульского завода или даже город Барнаул. Кроме того, по линии Семипалатинская крепость – Бийская крепость Барнаул имел как бы внутреннее положение. Скорее всего, именно эти факторы  и предопределили, что в 1782 году в составе Колыванской губернии был образован Бийский, а не Барнаульский уезд. Определенную роль в решении этого вопроса сыграл, видимо, также и статус Бийска как крепости. Соответственно Бийская и Семипалатинская крепости, в дополнение к Кузнецкой крепости, получили статус городов. Барнаул же, перестав быть административным центром уезда, утратил вместе с этим и свой городской статус. Что поделаешь. Такие законы были в то время.
Существует еще одно предположение, высказанное О.Е. Контевой. Она считает, что мнение императорского Кабинета сыграло в этом деле не последнюю роль, поскольку Барнаул был важен для него как центр горнозаводского производства. Не совсем понятно тогда, почему в то же время была ликвидирована Канцелярия Колывано-Воскресенс-кого горного начальства, а производственные дела из Канцелярии были переданы в казенную палату Колыванской губернии. Почему тогда было допущено совмещение Б.И. Меллером двух должностей: правителя области и начальника заводов?
Как бы там ни было, Бийск и Барнаул до настоящего времени оспаривают право на звание «Первый город Алтайского края». Решение этой проблемы, как всегда, лежит где-то посередине. Необходимо признать, императорского указа о пожаловании Барнаулу статуса города, действительно, нет. В то же время документ об учреждении Колыванской области, предписывающий Б.И. Меллеру «предоставить впрочем, на усмотрение его определение городов, где нет старых для приписания уездов», носит характер именного императорского Указа. Именно этот Указ разрешал местным чиновникам Колывано-Воскре-сенского округа считать Барнаул штатным городом, то есть административным центром уезда. Именно это позволяло открыть городской магистрат со своей «гербовой» печатью, приказ общественного призрения, верхнюю расправу и т.д. В то же время нельзя не согласиться с теми исследователями, которые считают, что «…законодательные документы Российского государства последней четверти XVIII века свидетельствуют, что первым уездным городом на территории современного Алтайского края с 20 октября (31 октября (?) по новому стилю) 1782 года стал Бийск».
Бывший Барнаульский городовой магистрат был переведен в Бийск и, естественно, переименован в Бийский. Интересно отметить, что город в Бийске был открыт 20 октября 1782 года, а Барнаульский городской магистрат продолжал существовать до августа 1783 года, после чего представители податных сословий Барнаула оказались в ведении Бийского магистрата. Формально они считались гражданами Бийска, хотя по-прежнему жили в Барнауле. В 1786 году ситуация повторилась с точностью до наоборот. Бийский городовой магистрат стал располагаться в поселке Барнаульского завода. Таким образом, в «негороде» Барнауле, под именем Бийского магистрата, используя старую барнаульскую городскую печать, существовал, по сути дела, прежний орган местного самоуправления. Более курьезной ситуации и придумать-то трудно. Причина, как нам кажется, одна: чрезвычайно неудачное решение о переносе центра уезда в Бийск.
Естественно, такое положение отрицательно сказывалось на социально-экономическом положении барнаульских купцов и мещан. Мы уже упоминали об их прошении «чтоб вместо города Бийска город Барнаул открыть повелеть». Но решение по этому вопросу так и не было принято.
В свою очередь, и Бийск с 1 мая 1797 года потерял статус города, так как Бийский городовой магистрат с этого времени ликвидировался, а граждане, находящиеся в его ведении, передавались в подчинение Кузнецкого городового магистрата и формально превращались в жителей г. Кузнецка.
Все вышеуказанные преобразования и неопределенности, скорее всего, и обусловили тот факт, что герб г. Бийска, был пожалован ему лишь во время правления императора Александра I. Хотя еще в 1785 году Бийск, как и другие города Российской империи, законодательно приобрел права на собственный городской герб. Именно в этом году императрица Екатерина Великая пожаловала «Грамоту на права и выгоды городам Российской империи». 28 статья Городового положения данной грамоты предписывала «…городу иметь герб, утвержденный рукою Императорскаго Величества и оный герб употреблять во всех городских делах». Герб должен был изображаться красками с обязательным пожалованием специальной гербовой грамоты.
Этой же статьей устанавливалось, что каждый город Российской империи непременно должен иметь высочайше утвержденный герб для употребления на печати и «во всех городовых делах». Это привело к массовой разработке и еще более массовому пожалованию местных гербов. Однако пройдет еще 20 лет, пока 12 марта 1804 года Бийск обретет свой собственный городской герб. Этому предшествовали следующие события.
26 февраля 1804 года был подписан Величайший указ об утверждении Томской губернии в составе 8 округов: Томского, Каинского, Красноярского, Енисейского, Туруханского, Нарымского, Кузнецкого и Бийского с центром в городе Томске.  20 марта того же года последовал именной Указ императора Александра I о Томском гербе, объявленный Министром Внутренних дел   «О гербах городам: губернскому Томску и уездным Канску, Нарыму, Туруханску, Енисейску, Бийску, Кузнецку и Красноярску: «Его Императорское Величество, утвердив собственноручным подписанием, гербы городам… описание высочайше утвержденных городов есть следующее: губернского города Томска: в щите, имеющем зеленое поле, изображен серебряный конь (выделено авт.), бегущий в правую сторону».
К сожалению, даже в серьезных научных работах эта негеральдическая фигура очень часто называется «белой лошадью». Более того – бегущей лошадью. Изображение лошади в классической геральдике вообще не допускается. Конь же символически совмещает в себе храбрость льва, зрение орла, силу вола, быстроту оленя и хитрость лисицы. Изображается всегда в профиль. Конь в гербе может быть стоящим, пасущимся, шествующим или скачущим. Таким образом, на гербе Томской губернии и, соответственно, на гербах Барнаула и Бийска изображен скачущий серебряный конь. Чтобы до конца поставить все точки над и, поясним, откуда в некоторых изданиях появляется белый цвет негеральдической фигуры. Дело в том, что в геральдике существует специально разработанная система изображения финифтей и металлов. По ней серебро символизирует чистоту, надежду, правдивость и невинность, а из мирских свойств – благородство, откровенность, белизну. Изображается натуральным серебром, серебряной или белой краской. Графически вообще не отмечается никакими знаками. Незнание этого правила классической геральдики и привело к появлению белого цвета, который в действительности является металлом серебром, да к тому же в нашем случае еще и не лошади, а коня. Что же касается «…бегущий в правую сторону», то это совершенно справедливо, так как в геральдике стороны герба определяются с точки зрения человека, якобы несущего щит с гербом. Согласно этому правилу, человек, животные, фантастические существа, изображенные на гербе, должны «двигаться» вправо.
Вернемся к указу 1804 года. По нему в верхней части гербового щита уездных (окружных) городов Томской губернии предписывалось обязательное использование главного элемента герба губернского города. В геральдике эта традиция считается чисто российской, так как была предложена в 1778 году товарищем герольдмейстера, коллежским советником И.И. фон Энденом. Им были составлены гербы городов Ярославской провинции, в каждый из которых он внес «часть из герба Ярославля с некоторыми по приличеству каждаго названия, где можно было, прибавлением».
Таким образом, серебряный конь на зеленом поле и попал в верхнюю, наиболее почетную часть герба Бийска.  Герб Бийска был утвержден 12 марта 1804 года в следующей редакции:        «В щите, разделенном горизонтально надвое, в верхней половине герб Томский, а в нижней, в голубом поле, в золотой горе, горная шахта».
В это время, к сожалению, отсутствовали какие-либо обобщающие фундаментальные труды по геральдике на русском языке, явно ощущался недостаток специалистов, подготовленных в области геральдики. Сумбурная, подчас авральная подготовка гербов привела к тому, что во многих земельных и городских гербах Российской империи, с точки зрения геральдики, были допущены ошибки, несогласования и даже курьезы. К сожалению, не стал исключением и герб Бийска. Это касается в первую очередь эмблематического содержания и символики. Нет сомнений, что проект герба Бийска готовился в недрах Департамента герольдии Правительствующего Сената в Санкт-Петербурге. И готовил его человек, как нам кажется, поверхностно знакомый с историей, географией и спецификой Колывано-Воскресенского горного округа. Именно этим объясняется использование в гербе Бийска в качестве его «эмблематы» – шахты.
Так как, с одной стороны, Департамент Герольдии требовал «…принять за правило, чтобы обозначить в них (гербах. – Авт.) милость Императорского Величества к сим селениям, а вместе с тем и обстоятельства и промыслы оных» изображать. С другой стороны, вряд ли автор герба, если бы он был местным жителем, стал бы изображать шахту в качестве основного символа Бийска. Скорее всего, в основе ее использования лежит простейший подход к толкованию символики городских и земельных гербов, который применялся авторами и рисовальщиками того времени.
Это элементарная символическая трактовка названий, применяемая при составлении гласных гербов.
Примером такого, прямо скажем, курьезного подхода может служить герб города Великие Луки. Название города происходит от слова «лука», «излучина», которую образует здесь река Ловать. Чиновники от геральдики истолковали название города в известном им смысле и поместили на его гербе «в красном поле три золотых больших лука (боевых. – Авт.)».
В нашем случае это использование горы и шахты в ней, как символа не Бийска, а Колывано-Воскресенского горного округа. Более того, мы считаем, что это не шахта, а рудник. В этом контексте использование горы и рудника в ней в гербе Бийска, по крайней мере, как-то объяснимо. В том смысле, что Бийск был центром одноименного уезда, в состав которого и входил вышеупомянутый горный округ. Более того, использование шахты (рудника) в виде негеральдической фигуры, как будет показано ниже, противоречит геральдическим правилам.
В научно-популярной литературе встречается очень интересная интерпретация такого элемента Бийского герба, как золотая гора. Она рассматривается в качестве «изобразительного перевода»  топонима «Алтай» с тюркского языка. Конечно, такая трактовка выглядит очень привлекательной и мы даже сказали бы элегантной. Хотя сомневаемся, и очень сильно, что это соответствует действительности, так как вряд ли чиновники от геральдики далекого Санкт-Петербурга на рубеже XVIII-XIX вв. были знакомы с такими тонкостями.     А использование в этом же гербе абсолютно «немой» шахты  или рудника в качестве символа Бийска является косвенным подтверждением этого. Более того, исходя из основной направ-ленности хозяйственной деятельности Колывано-Воскресенского горного округа, данная гора на гербе Бийска должна быть либо серебряной, либо медной.
Как бы там ни было, в таком виде герб Бийска дошел до наших дней. Однако в его истории было событие, в результате которого он мог быть кардинально изменен.
В середине XIX века в России сложилась ситуация, когда герботворчеством занимались две организации – Департамент герольдии и Министерство Внутренних дел. В результате этого работа по созданию гербов очень сильно тормозилась и часто гербы одного и того же города дублировались. Император Николай I неоднократно выражал недовольство качеством составляемых гербов, замечая, что последние составляются «не по правилам геральдики».
В 1856 году был объявлен Указ Николая I о «пересмотре всех губернских и прочих местных гербов Российской империи с тем, чтобы… представить проектные рисунки тем из сих городов, кои по неправильности их составления требуют исправления или изменения». Поручено это было возглавлявшему в это время герольдию барону Кёне. Он превратил городскую геральдику России в четкую систему знаков и символов. В истории отечественной геральдики это событие получило название «Реформа Кёне».
Главным нововведением Кёне были внешние украшения щита. В их числе – короны, венчающие щит. Они вводились для разграничения значимости городов и их статуса. Так, например, Императорская корона украшала гербы губернских городов и гербы столиц. Золотая башенная корона с тремя зубцами использовалась в гербах губернских городов, такая же, но серебряная – в гербах уездных городов и т.д. Для обозначения хозяйственных и иных особенностей городов он предложил употреблять различные украшения. В их числе дубовые листья с Андреевской лентой – для гербов губерний, Александровская лента с золотыми молотками – для промышленных центров, Александровская лента с золотыми колосьями – для городов сельскохозяйственных округов и т.п. Помимо этого, Кёне считал необходимым структурно изменить гербы Российских городов. Он предложил  помещать губернский герб в вольной части городского герба вправо, а если это место занято какой-либо иной фигурой, то влево.
В ходе реформы Кёне, гербы многих российских городов получили новое звучание. В 1858 году на рассмотрение Герольдии были представлены проекты гербов Томской губернии и уездных городов, входящих в ее состав. Такое внимание к гербам городов Томской губернии объясняется очень просто. Все они были составлены по канонам, разработанным фон Энденом и, естественно, не соответствовали требованиям реформы Кёне. 
Герб Томской губернии признан соответствующим правилам геральдики. Об этом свидетельствует докладная записка на имя директора Герольдии от 14 ноября 1858 года, где сказано, что решено оставить его без изменений, лишь добавить внешние украшения щита.
Описание герба Томской губернии выглядит следующим образом: в зеленом поле серебряный конь с червлеными глазами и языком. Щит увенчан императорской короной и окружен золотыми дубовыми листьями, соединенными Андреевской лентой.
10 марта 1859 года дело дошло до герба города Томска, который было решено также оставить без изменений, добавив лишь соответствующие внешние украшения. Описание герба Томска: в зеленом поле серебряный конь с червлеными глазами и языком. Щит увенчан золотой башенной короной с тремя зубцами. За щитом на крест положены золотые кирки, соединенные Александровской лентой.
Бийский герб дождался своей участи лишь к декабрю 1865 года. В самом начале записки, посвященной ему, приводится описание старого герба, Высочайше утвержденного еще 12 марта 1804 года: «Щит разделен горизонтально надвое, в верхней половине находится герб губернского города Томска, а в нижней в голубом поле на золотой горе – горная шахта». После этого описания Управляющий гербовым отделением Кёне пишет: «Так как горная шахта в ге-ральдике не употребительна, то по сему я полагаю, для выражения той же идеи, изобразить в щите, разделенном железными шапочками черный вилообразный крест». «Железными и лазоревыми шапочками» в геральдике условно изображается беличий мех. Следовательно, предусматривалось, что само поле гербового щита будет меховым. Интересно отметить, что подобное оформление готовилось и для герба Барнаула. Таким стилистическим приемом Кёне, видимо, хотел выделить города Алтайского горного округа среди других городов Томской губернии.
Таким образом, полное описание герба Бийска могло быть таким: «В щите, разделенном серебряными и лазоревыми железными шапочками, черный вилообразный крест. В вольной части герб Томской губернии. Щит увенчан червленой башенной о трех зубцах короной и окружен двумя золотыми молотками, соединенными Александровской лентой».
Данным проектам не суждено было воплотиться в жизнь. Эскизы гербов затерялись в подвалах архива Министерства Юстиции, которое не успевало справляться с огромным потоком проектов гербов и иных бюрократических документов, поступающих из Департамента герольдии. Позднее работа по исправлению «неправильных» гербов по новым правилам была приостановлена. Уже существующие проекты  были заброшены. Бийск, как впрочем и Барнаул, остались со старыми гербами.
В советское время данные гербы были незаслуженно забыты, что обусловливалось общим состоянием «буржуазной» науки геральдики в СССР и отрицанием любой дореволюционной символики и атрибутики.
В последнее время ситуация резко изменилась. Это объясняется не только возросшим интересом к своей истории и исторической эмблематике, но и изменением государственной политики в области официальной символики как субъектов федерации, так и муниципальных объединений. Новое звучание эта тема получила в результате принятия Федерального Закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» от 06.10.03     № 131-ФЗ. 9 статья этого закона гласит, что муниципальные объединения различного уровня вправе устанавливать свои собственные официальные символы. Таким образом, в настоящее время даже сельское поселение может иметь свой герб, флаг и гимн.  В этой ситуации официальные территориальные символы превращаются в очень важные репрезентативные представительские и правовые знаки. Функциональное назначение и внутреннее содержание герба как официального знака  приобретает многогранное правовое звучание. Для нас в данный момент важно осмысление его значения с точки зрения отображения им официального статуса и полномочий его владельца. В таком случае, если считать герб Бийска в редакции 12 марта 1804 года действующим, то необходимо признать, что до настоящего времени этот город является уездным городом в составе Томской губернии, что, согласитесь, не только не отражает его современный правовой территориально-адми-нистративный статус, но и является своеобразным парадоксом. Это несоответствие можно исправить двумя путями: видоизменить действующий герб или же принять новый. Давайте рассмотрим  имеющиеся возможности.
Первый. Существует опыт таких городов, как Белгород, Екатеринбург и др. В 1893 году, когда был принят герб Белгорода, он входил в состав Курской губернии. Поэтому в вольной части его герба был помещен герб  Курска: «В лазоревой перевязи три летящих куропатки». Белгородцы пошли по самому простому, с точки зрения геральдики и здравого смысла, варианту. Они просто убрали из своего герба вольную часть, а вместе с ней и эмблему Курска. В то же время они без изменения оставили в своем гербе собственно белгородскую историческую символику: «В лазоревом щите, золотой с червлеными глазами и языком лев, сопровождаемый сверху парящим серебряным орлом с золотым клювом, глазами и когтями». С герботворческой стороны вопроса, эта уступка не столь страшна, так как, в конце концов, оставляет основную историческую эмблему в неприкосновенности. 
По этому же пути пошли и в Екатеринбурге. Но там изменения герба более существенны. Ликвидирован герб Перми, оставлена основная историческая эмблема Екатеринбурга, но и добавлен новый элемент герба в нижней части гербового поля.
В настоящее время более 50 российских городов видоизменили подобным приемом свои гербы. В их числе Белгород, Екатеринбург, Переяславль-Залесский, Челябинск, Ишим, Вилюйск и др. Для создания герба Бийска можно использовать вышеприведенный опыт. И как нам кажется, это наименее безболезненное изменение.
Второй путь – это принятие принципиально нового герба Бийска. Тем более мы уже отмечали, что с точки зрения смыслового содержания символики, заложенной в герб Бийска 1804 года, он оставляет желать лучшего. С учетом исторических, культурных, хозяйственных и иных особенностей Бийска можно предложить следующие варианты его современного герба. Но прежде позволим себе одно замечание.
Совсем недавно Бийску присвоен очень почетный статус «наукограда». Помимо него, в России имеется еще несколько городов, обладающих подобным статусом. Было бы оправдано и объяснимо с позиции герботворчества, если бы Геральдический совет РФ разработал единый символ или специальный элемент дополнительного украшения герба, характеризующий статус наукограда. К сожалению, в условиях, когда Геральдический совет решает более важные проблемы, накопившиеся в российской геральдике за последние 70-80 лет, ему не до этого. Уверены, что это обязательно будет сделано в ближайшем будущем. Исходя из этого, считаем преждевременным и не совсем корректным закладывать в герб Бийска данную символику.
Итак, рассмотрим предлагаемые эскизы герба Бийска. Все проекты являются вариантами одной герботворческой идеи, выраженной в следующей символике. В основу композиции герба мы решили заложить два, наиболее важных, с нашей точки зрения, фактора – исключительное географическое положение Бийска и историческую специфику его основания. Как нам кажется, они лучше всего характеризуют его особенности среди прочих признаков и являются наиболее определяющими.
Географическое положение Бийска, который находится у самых истоков Оби, там, где сливаются воедино Бия и Катунь, может служить основой создания гласного герба. Гласный герб отличается от прочих тем, что его символика или композиция напрямую указывают на его владельца и подчеркивают его исключительные особенности. С этой позиции в гербе Бийска можно использовать вилообразный крест, выполненный лазоревой финифтью или серебром, чем в геральдике символически изображают реку. Концы креста – Бия и Катунь, соединяющиеся в Обь. Для более выразительного оформления символа вилообразный крест можно выполнить волнистыми линиями, что также допустимо. С одной стороны, вилообразный крест в геральдике является почетной геральдической фигурой, что  автоматически поднимает статус его владельца.  С другой стороны, крест, в том числе и его вилообразная разновидность, является одним из основных символов христианства. И, наконец, в гербе Бийска он подчеркивает его исключительное геог-рафическое положение среди других городов России и Сибири. Символика вилообразного креста, излагаемая нами, принципиально отличается от той, что предлагал Кёне. В его проекте герба вилообразный черный крест – символ шахты.
В начале статьи мы уже упоминали, что Бийск, если говорить об его основании,  был заложен как Бийский острог еще во времена Петра Великого. Известно, что укрепления, сожженные в 1710 году телеутами, имели квадратный план. Мы считаем, что именно с этого первого острога и берет свой отсчет славная история города. Поэтому мы предлагаем использовать в его гербе геральдическую квадратную башню как символ, отображающий его начальную историю. В основании башни находится серебряный лавровый венок, несущий в себе двойное символическое значение. Первое – лавровый венок как символ славы, доблести, мужества и достоинства его жителей. Второе – лавровый венок является императорским атрибутом. В нашем случае это символическое отображение эпохи Петра, когда Россия стала империей и когда был основан славный город Бийск. Символические варианты изображения башни или крепости могут быть различными. Главное, чтобы их изображения соответствовали правилам и требованиям классической геральдики.
Естественно, предлагаемые варианты являются малой толикой того, что может быть положено в основу символики герба такого города, как Бийск.   Их количество может стремиться к бесконечности. Поэтому, с точки зрения объективности выбора, наиболее интересного и отвечающего всем требованиям Геральдического совета герба, необходимо, конечно, провести конкурс. Желательно, чтобы в конкурсе приняли участие не только специалисты различных отраслей науки и искусства, но и простые граждане города. Чем больше будет представлено эскизов, тем больше вариантов и возможностей будет у городской комиссии для выбора действительно лучшего проекта герба г. Бийска.
Теперь несколько слов о конкурсной комиссии и порядке ее работы. Дело в том, что в настоящее время по существующему законодательству гербы городов так же, как и их флаги, утверждаются Геральдическим советом при Президенте РФ и после этого вносятся в Государственный геральдический регистр РФ. В результате этого выдается специальное Государственное свидетельство о регистрации.
Вместе с гербом и флагом города должны быть разработаны «Положение о гербе г. Бийска» и «Положение о флаге г. Бийска», которые вносятся в Устав города. Хотелось бы предостеречь будущий состав комиссии от ряда возможных ошибок. Лучше всего, если в ее составе будут специалисты в области геральдики. Без знания основ этой науки, ее классических правил и требований, разработать, а тем более утвердить тот или иной герб просто невозможно.
Хотим привести такой пример. Для утверждения герба и флага Геральдический совет требует предоставить их эскизы в цвете, черно-белые, черно-белые с использованием условных геральдических знаков, в сетке координат и компьютерное векторное изображение. Вместе с этим главным или основным при утверждении герба и флага является их описание, а не изображение. В геральдике этот термин носит название блазонирование. Описание герба должно быть кратким с обязательным использованием специальных геральдических терминов и подчиняться строгой геральдической последовательности. Приоритет опиисательного «утверждения» еще больше осложняет процедуру официального принятия герба и флага.
Выбранный в ходе конкурса вариант или ряд эскизов должны быть представлены на экспертизу в Краевую геральдическую комиссию, вопрос создания которой в настоящее время решается в Администрации края. И только после экспертизы, исправления возникших «претензий», если они возникнут, комиссия передает данный проект на рассмотрение городской думе. Тогда же утверждаются и проекты положений официальной символики. И только после этого они представляются в краевую геральдическую комиссию для соответствующего утверждения.
Окончательная регистрация производится Геральдическим советом РФ на основе всех представленных документов.

Комментарии закрыты